Живем в век замечательных событий в православном мире.
Противоречия между Русской Православной Церковью (РПЦ) и Вселенским патриархатом вошли в стадию почти открытого конфликта. Вокруг РПЦ формируется свой круг церквей-сателлитов, для которых кремлевские интриги ценнее вековых традиций Православной церкви. Москва рассчитывает на собственный неофициальный статус самой многочисленной патриархии, но нюанс в том, что без Украины она таковой не является.
И хотя "украинский вопрос" изначально не был в повестке дня Собора, он постепенно становится едва ли не самой актуальной центральной темой современного православия, а политический контекст для признания Украинской Церкви стремительно меняется и является более благоприятным как никогда раньше.
Стратегия и тактика РПЦ вполне понятны и испытаны еще в ходе Минского процесса - создавать неопределенность и "тянуть одеяло на себя", показательно призвать всех к диалогу и одновременно нарушать устоявшиеся формальные и неформальные нормы, затягивать время.
Но похоже на то, что Вселенский Патриарх Варфоломей совсем не похож на колеблющихся европейских политиков. Для него престиж Константинопольского престола является безусловным и таким, который не обменивается на материальные преференции.
Главные выводы, которые должны сделать из складывающейся ситуации:
- Константинополь начинает "реанимироваться" в качестве центра Вселенского православия и нарушать давно назревшие вопросы религиозной повестки дня;
- Назревает конфликт между материнской церковью в лице Константинополя и РПЦ, которая, несмотря на каноны и традиции, стремится к доминации в православно-церковном мире;
- Вокруг РПЦ формируется свой круг церквей-сателлитов, среди которых - традиционные партнеры-симпатизанты России и вполне вероятно - некоторые церкви из постсоветских стран;
- В православном мире определяются два полюса: традиционно классическое каноническое православие (Константинополь, Александрия, Иерусалим) и «политическое православие» (Москва и Ко). В свою очередь, это может вылиться в возникновение более существенных гуманитарно-цивилизационных различий и дистанций;
- Открывается доселе невиданное «окно возможностей» для, наконец, признания Украинской церкви (существует сразу несколько форматов и возможных формулировок)
Обнадеживает во всей этой ситуации: во-первых, фигура и собственное чувство миссии Вселенского Патриарха Варфоломея; во-вторых, мудрость и авторитет Патриарха Филарета, ну и наконец то, что Москва все больше дрейфует от так называемого "Третьего Рима" до "христианского ДНРа".
Я - греко-католик.
Я хочу единства украинского народа вокруг Украинских святынь и ценностей!
Я хочу Поместной Украинской Церкви!
Автор, Маркиян Лубкивский
